ФЭНДОМ


Главарский побег — десятая история второго цикла «Новые приключения кота Мяунжика Враузера». Перед прочтением рекомендуется ознакомиться с предыдущей историей.

Читать!

— Привет всем слушателям! — громко огласил весь двор Мяунжик, едва вошедши туда.

         — Привет, Мяунжик!

         — Вижу, все в сборе? Приступим сразу к делу?

         — Да-а-а!!!

         — Начинаю!

Главарский побег

         После неудачной попытки захвата власти в городе Злючка оказался в тюрьме, и теперь сразу два бывших собачьих главаря находились за решёткой. Горожане думали, что теперь-то уж точно в городе настанет спокойствие на долгое время, но не тут-то было. Спокойствие действительно настало, но длилось оно недолго…

         Рыкала очень обрадовался, увидев, что его конкурент и просто недруг очутился в одном с ним положении, но не столько от злорадства, сколько от внезапно появившейся идеи, как показать Злючке своё превосходство над ним и над остальными псами. Сделать это он намеревался путём организации грандиозного побега, свершением которого все собаки должны бы были быть Рыкале обязаны. Однако одной идеи, вернее даже мысли о побеге мало, чтобы его привести в исполнение, и поэтому бывший главарь принялся тщательно всё готовить и продумывать.

         Первым делом пёс решил накопать немного информации, поскольку просто наудачу бежать было безрассудно: тюрьма за последнее время была укреплена, в частности, построена дополнительная окольцовывавшая тюремный двор стена, а также увеличено число охранников, после поимки Злючки к которым добавили ещё и Рекса. К счастью для планировавшего побег, чтобы заключённые совсем уж не скучали, в тюрьме им раздавали газеты, где помимо забавных рубрик иногда попадалась и весьма ценные при умелом использовании данные — из этих-то газет Рыкала и надеялся сделать вывод, когда могут быть поводы для охранников покинуть свой пост и, следовательно, бо́льшие шансы для заключённых улизнуть. Скопив целую стопку чтива, пёс принялся изучать газеты от буквы до буквы, чтобы не пропустить ничего важного.

         Вычитывая очередную статью Рыкала вдруг открыл пасть от неожиданности, едва не вывалив на пол потребляемую в это же время тюремную похлёбку: это была статья о нашем космическом путешествии, в которой, помимо всего прочего, упоминалось создание бластеров и весьма подробно описывалась их недавно проверенная эффективность. То была немного не та информация, которую искал главарь, но зато весьма предостерёгшая его и временно даже поубавившая его побежный потенциал. «Так вот, оказывается, зачем этого котяру-солдата к охране приставили! — догадался Рыкала, имея ввиду Рекса, — У него этот самый бластер имеется, который, судя по описанию, фиг кому бежать позволит! Однако разумно придумали… То-то я смотрел всё сквозь решётку и понять не мог, что за волына непонятная у него в лапах!»

         Так и не найдя надёжной информации о том, когда бежать было бы лучше всего, Рыкала решил, что просто выждет удачного момента, а между тем лучше займётся подготовкой начальной стадии побега: чтоб столкнуться с Рексом надо ещё сперва свою камеру покинуть! Тем не менее, чего-чего, а хитрости в Рыкалиной голове было достаточно, так что вскоре псом уже был создан набросок первой части планируемого предприятия.

         Ни одну из прочитанных газет Рыкала не отдавал ещё с самого начала их изучения, собирая бумагу под своим спальным местом, подсознательно понимая, что лучше думать, куда всё это деть, чем откуда потом взять. Кое же что задумав, пёс стал из еды, которой его кормили, делать кустарный клей, ухитряясь прятать его в полупустой тюремной камере. С неделю ожидав поступления всех предполагаемых ингредиентов (обычно рацион обновлялся каждые пару дней), Рыкала стал экспериментировать с различными липкими массами, что со стороны выглядело так, словно он занимался какой-нибудь алхимией. В конце концов, пёс пришёл к нужному ему: смешав картофельное пюре с густым бульоном — «фирменным» здешним блюдом, да заправив всё это прокисшим майонезом (квасил его заключённый под своим брюхом, словно курица, высиживающая цыплят) Рыкала получил довольно надёжный клей, больше походивший, правда, на сопли.

         После этого главарь занялся лаподелием, и тут-то ему и пригодились газеты. Из них он склеил несколько трубок разной толщины, а также одну совсем тонкую, словно струна. Три довольно толстых бумажных трубки пёс соединил вдоль — это должно было дать прочности основе его конструкции, затем две трубочки потоньше склеил аналогичным образом с той же целью, а после скрепил обе полученные детали поперёк, в виде буквы Т. Теперь Рыкала принялся за бумажную струну: проверив её на разрыв и на растяжение, он ловко примотал её к концам двухтрубочной детали, таким образов получив нечто, отдалённо напоминавшее арбалет. Несколько щелчков бумажной тетивой — и пёс убедился, что всё довольно прочно держится, и, быть может, даже способно стрелять, особенно если сочинить удобный спусковой механизм. Теперь главарь засунул всё это в дальний угол, чтобы клей качественно засох, и принялся ждать.

         А однажды Рыкала не отдал тюремщику пластмассовый поднос для еды — из него он наделал арбалетных болтов, а также выдумал небольшой фиксатор, который бы позволял держать тетиву натянутой без помощи лап и, собственно, исполнить основное свойство арбалета — возможность его заряжать. Экспериментальный выстрел в стену — и заключённый убедился, что арбалет работает, да ещё и как: выпущенный болт аж застрял в камне, впрочем, быть может только из-за того, что Рыкала ухитрился попасть прямо в стык кирпичей. Выдернув арбалетный болт и запрятав всё орудие побега, беженец стал ждать удобного момента. И вот он представился…

         Как-то Рекса срочно вызвали в Кошачий Научно-Исследовательский Институт. Поскольку камера Рыкалы находилась аккурат напротив входа на территорию тюрьмы, пёс увидел, как охранник вышел сквозь ворота, и понял, что время пришло. Зарядив арбалет, беглец стал ждать: скоро должны были принести обед, причём у тюремщика, отвечавшего за поставку пищи, почти всегда при себе бывали ключи. Заслышав шаги в коридоре, Рыкала прикинулся сидящим в раздумьях и уставился в потолок, зажимая в лапах за спиной своё самодельное оружие. Едва лишь тюремщик подошёл к камере пса и наклонился, чтобы просунуть сквозь решёточные прутья миску с едой, как заключённый выхватил арбалет и, с секунду целясь, поразил тюремщика стрелой. Болт попал немного не туда, куда целился пёс, видимо, задев решётку и оттого скосившись, однако всё равно заставил тюремщика упасть прямо перед выходом из камеры. На собачье счастье, выстрел никем не был услышан: сам арбалет бесшумен, а поражённый тюремщик почему-то не закричал, а лишь тихо простонал. Тем не менее, пёс для надёжности оглушил его ударом миски с едой, чтобы выиграть гарантированную минуту, после чего, со всей силы просунув лапу сквозь прутья, принялся шарить по тюремщику в поисках ключей. Быстро нащупав связку, главарь принялся подбирать нужный ключ, и вскоре уже был освобождён из своей камеры.

         Теперь собака (во всех смыслах этого слова) двинула дальше, тихо и неспешно шагая по коридору, намереваясь отыскать камеру Злючки. Внезапно из-за угла появился сторож, причём пёс, что было довольно необычно для тюрьмы, преимущественно охраняемой котами. «Видимо, новый, — подумал Рыкала, — Хотя всё равно ждать от него содействия не стоит». Догадка главаря подтвердилась тем, что сторож неловко схватился за кобуру, едва не выронив пистолет, однако Рыкала выстрелил быстрее, чем тот успел противодействовать. На сей раз Рыкалин арбалет нанёс лишь нетяжёлое ранение, поскольку сторож был в лёгкой броне, однако после выстрела беглец, неожиданно для самого себя, нанёс удар задней лапой с разворота, едва не зацепив обе стены — вот уж пар, появившийся от сидения взаперти, выпустил, ничего не скажешь! Обезвредив охранника, Рыкала смекнул, что раз в тюрьме работал пёс-новичок, которого наверняка все ещё в морду не помнят, то он сам вполне может прикинуться им, одев нехитрый тюремщиковый наряд. Так решив, беженец стал цеплять на себя необходимые атрибуты: пояс с кобурой да тоненький бронежилет, способный остановить разве что пистолетную пулю с двух десятков метров, из которого ещё и пришлось вытаскивать собственную стрелу и аккуратно маскировать образовавшуюся дыру. Пока пёс переодевался, мимо проходил ещё один охранник, однако Рыкала прижался к стене и в тот момент, когда сторож повернул за угол, накинулся на него, зажав ему лапой рот и тоже хорошенько оглушив. Завершив переодёвку, беглец продолжил следование к Злючкиной камере.

         Вот и искомое; подойдя к решётчатой двери, Рыкала принялся её отпирать. Злючка, до этого момента жевавший что-то, не опознал переодетого пса и удивился, что его камеру отпирают. Однако удивление длилось недолго: Рыкала представился, после заявил:

         — Злючка, я освобожу и тебя, и других собак, однако вы все будете подчиняться мне! Можешь и не соглашаться, но тогда тебе здесь век вековать.  Смотри же, другой возможности не будет!

         Согласиться для Злючки было позором, однако он с самого первого дня заточения хотел покинуть этот «крысятник», как он выражался, а потому после недолгих раздумий согласился. Этого-то Рыкала и ждал: теперь Злючка, как-никак, будет ему обязан. Освободив своего недавнего конкурента, Рыкала двинул по коридору сперва в обратном направлении, а затем дальше, отпирая по пути одну за другой камеры и выпуская на свободу как своих бывших, так и Злючкиных подельников.

         За главарём волочилось уже псов десять, как тут, почти у выхода из помещения, им повстречалось трое охранников. Будучи одет в форму тюремщика, Рыкала сделал вид, будто ведёт заключённых на прогулку, и охрана ему поверила. Псы повыходили во двор, и Рыкала стал потихоньку подводить их к внутренней стене, как тут сторожа обнаружили раненых охранников и зачуяли неладное.

         А Рыкала с псами тем временем уж совсем приблизился к стене, но тут во всю мочь загудела сирена. Поняв, что их раскусили, и что маскировка больше не поможет, главарь велел всем перелазить. Отдав забранный у охранника пистолет первому попавшемуся товарищу по несчастью, дабы он отстреливался, Рыкала велел остальным встать вплотную у стены и воспользоваться уже проверенным когда-то методом — подсаживанием. Враз четверо псов подставили свои спины четверым другим, и те под свистом охранничьих пуль перемахнули через стену. Затем перебираться стали по двое, и через четверть минуты по эту сторону стены остался лишь сам Рыкала да тот пёс, которому он всучил пистолет.

         Выстрелив болтом в группу подбегающих охранников, Рыкала повернулся мордой к стене, со всей силы подпрыгнул да и уцепился за её верх краем своего арбалета. В этот раз бумажное оружие дало сбой: арбалет треснул, и из него прям на владельца фонтаном потёк его собственный клей, как оказалось, застывший только снаружи. Этот факт так впечатлил подоспевших сторожей, что они аж умудрились позволить псу с пистолетом, оставшемуся без возможности перелезть, убежать в дальнюю часть двора, тем самым оттянув своё возвращение в камеру на пару минут. С тех пор среди сторожей даже стало бытовать выражение «шоколад из арбалета потёк», употребляемое касательно неудачного плана или не свершившегося побега.

         Собаки уже мчались во весь опор от внутренней стене к внешней, более толстой и высокой, охрана всячески пыталась им помешать, поливая пулями со всех сторон, однако поскольку сторожа не имели боевого опыта, они были не так метки, как солдаты, так что большинство псин ухитрялось уворачиваться, виляя по двору зигзагами. До последней преграды добрались пятеро: оба главаря, Гавзер, Чувак и ещё один пёс Гавдеру́н, бывший подельник Злючки. Несколько охранников следовали за ними, поэтому медлить было нельзя. Рыкала залез на Злючку, стоящего на Гавдеруне, и очутился на вершине стены, помогая перебраться Злючке. Теперь под стену встал Чувак, на него залез Гавзер, а на него — Гавдерун, собиравшийся было перемахнуть вслед за главарями, но тут в лапу стоявшего снизу пса попала пуля, и тот упал, оставив без поддержки двух других. Гавдерун кое-как зацепился за верх стены и повис на одной лапе, не имея сил подтянуться целиком. Вскоре его тоже задела пуля, и он, не выдержав, сорвался вниз, под окружение подбежавшей стражи.

         Рыкала со Злючкой изо всех сил убегал, вслед им свистели пули, и их настигала охрана, покинувшая пост у ворот. Внезапно Злючка притормозил и крикнул Рыкале:

         — Притормози погоню!

         — Как?

         — А вот так! — и с этими словами Злючка развернулся и пнул в живот Рыкалу так, что он повалился наземь и даже немного прокатился по инерции.

         Столь подлым образом подставив только что высвободившего его, Злючка побежал дальше, надеясь, что охрана задержится на Рыкале и не сможет его самого догнать. Вот такая она — благодарность неблагодарного.


         — Что?! Как мог Злючка так поступить?! Вот подлец!

         — В голове не вяжется: ему помогли сбежать, а он… — прокомментировали рассказ слушавшие Мяунжика котята.

         — Всякое в жизни бывает. Надеюсь, интересно было?

         — Несомненно!

         — Это хорошо. Тогда бывайте?

         — До завтра!