ФЭНДОМ


Спецоперация — третья история третьего цикла про приключения Мяунжика. Перед прочтением рассказа рекомендуется ознакомиться с двумя предыдущими.

Читать!

Оставались считанные дни до конца лета, но, казалось, ни природа, ни жители кошаче-собачьего городка об этом не думали. Все привычно собирались у озера, ничуть не заботясь о грядущей работе или учёбе. Группа котят сидела в тени широкого дерева, и вскоре к ней подошёл взрослый кот.

— О, Мяунжик! Даёшь продолжение вчерашнему рассказу!

— Здорóво! Все в сборе? Тогда слушайте.

Спецоперация

Захватив собачий гранатомёт, «Псарню-4», мы передали её в лапы сотрудников-оружейников Кошачьего Научно-Исследовательского Института. Никогда подобной пушки нам видеть не приходилось, и следовало получше изучить её, чтобы наловчиться защищаться от данного оружия, а может, даже и наладить производство чего-то схожего. Сколько займёт это времени, предугадать было сложно, поскольку конструкция гранатомёта выглядела, мягко говоря, нерационально. Ну зачем, скажите, крепить к его верху автомат, когда гораздо удобнее стрелять из имеющегося за поясом пистолета? И на кой ляд к прикладу приделывать нож, когда им самим можно так огреть, что мало не покажется? Словом, для применения «Псарни» против её создателей требовалось немало переделать, и пока другие работники института стали над этим трудиться, я занялся некоторыми важными размышлениями.

На повестке дня имелся такой вопрос: каким образом бойцам Бульбадога удалось пройти в наш город, если на всех дорогах стоят таможни, через которых вооружённых псов бы не пропустили? Завербованными на месте они быть не могли, поскольку большинство собак переселилось в соседний город, а оставшиеся тут были в ладу с котами. Оставалось три варианта: либо сюда проходят безоружные псы и забирают снаряжение из какой-то нычки, либо собак пропускают за крупную взятку, либо у псин где-то имеется лаз в обход таможен.

Первое предположение было отброшено: через таможни в последнее время прошли лишь около двадцати псов, да и устроить в пределах города тайный склад снаряжения вряд ли бы удалось. В принципе, тут мог подсоблять Бобик-затулянт, но он заявил, что в сомнительные дела, ещё и с участием не наших горожан, ни за что бы не ввязался, а крупные партии «стволов» никто у него не покупал.

Вторая мысль казалась невероятной: никто у нас ни разу не был уличён в даче или получении взяток, да и сомнительно, чтобы у Пса-картошки водились лишние огромные деньжата, ибо почти наверняка все они шли на снаряжение армии.

А вот третий вариант был очень правдоподобен: Рыкала когда-то доказал, что преспокойно можно вырыть подземный ход, значит, и Бульбадог мог провернуть подобное. Да и обходными путями, через лесопосадки и поля, вполне можно было пробраться, правда, с меньшей вероятностью оставшись незамеченным.

В последний раз мы не успели как следует порыться на собачьей базе, поэтому решили наведаться туда опять. Да и лучшая защита — это нападение, и не стоило терять инициативы, если мы не хотели вновь увидеть псов-хулиганов, рыскающих по городу или околачивающихся у КотНИИ. Во вражеской конуре можно было найти информацию, где же у собак имеется лаз, кроме того, при удачном стечении обстоятельств планировалось «почистить» неприятельские склады от «лишнего» оружия и боезапаса. Такую операцию лучше всего было проводить во тьме, так что оставалось дождаться ночи, подготовить спецотряд и полагать, что псины не улучшили своих укреплений и боевой подготовки за столь малое время.

Собирать бойцов долго не пришлось: всем им не терпелось продолжать противодействие хулиганским псам, а потому они были готовы, как пионеры. А вот наступление тёмного времени суток ускорить возможным не представлялось, и, пока приходилось ждать, было решено разработать тактику, благо, устройство конуры нам уже было известно.

— Полагаю, после недавнего собаки могли хотя бы поставить часового, так что нам потребуется снайпер, — предположил Рекс.

— Угу. Также нелишне будет взять всех экзокотчиков и, м-м... восемь-десять автоматчиков.

— Так мало?!

— Больше не потребуется, я думаю. Не забывай, что мы действуем ночью, потому целой ордой наваливаться нет нужды. Попробуем провести психологическую атаку, а если и не получится, то шесть бойцов в экзокотах стоят едва ли не шестидесяти сонных псин.

— Психатака? Какого рода?

Я поделился своими соображениями насчёт того, как можно подорвать боевую дисциплину соперника, Рекс где-то посередине моей речи стал хитро улыбаться, а потом одобрил план:

— Хитро придумано! Идём, расскажем замысел всем участникам грядущей операции. Кстати, уже начинает темнеть, так что осталось недолго. Если слаженно сработаем, будет весело!

Относительно вскоре наш довольно небольшой отряд выдвинулся за город, а к часу или двум ночи мы уже подобрались к Бульбадоговой конуре. Тепловизоры действительно обнаружили часового, так что предположение было верным, и снайпер пришёлся кстати. Винтовка с глушителем помогла вывести из строя единственного, кто мог заметить нас раньше времени, и можно было начинать действовать.

Мы выстроились у объекта полукругом. Экзокотчики со мной и Рексом шагнули немного вперёд, активировали в шлемах громкую связь, собрались с мыслями, а затем принялись наперебой кричать:

— Вот она, конура!

— Обступайте, со всех сторон заходите!

— Двадцать котов на левый, двадцать на правый фланг! Остальные спереди оставайтесь!

— В атаку!!!

— Огонь!

Тут же наши автоматчики стали поливать огнём собачью базу. Стрельба велась неприцельно, пули в основном ударялись об стены, временами летели гранаты. Все орали, что было мочи, не скупясь и на пожелания в адрес обитателей конуры. Время от времени включались фонарики или прожектор, вместе с пламенем оружия создавая постоянные вспышки света. Была даже притащена сирена, своим воем дополнявшая общий шум.

Псы попросыпались и, пытаясь спросонья что-то понять, метались по базе.

— Чё за шум?

— Коты идут!

— Что, шухер?

— Шухерище! Котов больше, чем полсотни!

— А-а-а!!! Спасаться надо!

— Тогда валим!

Через полминуты Бульбадог с личной охраной побежал с базы, а вместе с ним и неопределённое количество других собак, мчащихся в разные стороны, словно птички от рогатки. Тут же мы направились в конуру, не прекращая шуметь и постреливать. Внутри осталось лишь пятеро псов, то ли самых медлительных, то ли глупых. Увидев нас, они, недолго думая, сдались.

Выстрелив для виду пару очередей вслед удирающим, мы принялись рыться на базе, но ничего не нашли. Вернее, нашли мы многое: десятка полтора новеньких или почти новеньких автоматов, некоторые запасы финансов, сравнительно скудный боезапас (возможно, остальной был хорошенько припрятан), какие-то технические рисунки, вероятно, созданные на ранней стадии разработки «Псарни-4», два экземпляра этого гранатомёта, не стащенные в последний раз, и всевозможную мелочёвку, но вот ничего, что бы подсказывало о путях проникновения бульбадоговцев в наш город, не обнаружилось. Однако загребать добычу и уходить было рано, ведь у нас имелись пленные.

В ходе допроса сдавшиеся собаки подтвердили версию о подземном лазе, но где он, говорить отпирались. Наконец, после красноречивых уговоров, смешанных с угрозами, один пёс таки разговорился:

— Про лаз я вам всё равно не скажу, но пусть мне хвост отрежут, если у Бульбадога под периной не остался его догофон. Что в его памяти хранится, только самому главарю и известно, а я его просто случайно как-то заметил.

Я попросил указать на спальное место Пса-картошки, и, когда пленники любезно это сделали, действительно обнаружил собачье устройство. Наверное, оно было забыто в суматохе. В моём экзокоте наличествовала система взлома и чтения различных носителей информации (и карт памяти догофонов и котобильников в том числе), так что очень скоро с Бульбадогового «девайса» удалось выцепить аудиозапись.

— «Когтищ, это Бульбадог». — «А, Пёс-картошка, привет! Чё, неужто псов израсходовал?» — «Да, нужны солдаты, причём срочно». — «Сколько?» — «Десятка три, не меньше». — «А шо взамен дашь? Слышал, с собаксами у тебя накладно». — «Есть у меня чертежи и образец экзопса — супер-бронник такой, получше обыкновенных будет. Он силу увеличивает, а защищает — ого-го! У тебя бабла выше крыши, так сможешь договориться с кем надо и наклепать больше экзопсов. Тогда враз цены на солдат поднимутся: они ходячими танками станут!» — «Хм-м-м… Ну, ладно. Тебе по большой скидке можно. Куда псин присылать? К конуре?» — «Нет, на окраину леса, по вот этим координатам. Поведу их сразу на дело, а то котяры меня уже прижать пробовали». — «Добренько, завтра за полдень будут бойцы».

Запись переговоров закончилась, на экране догофона высветилось приложенное сообщение с координатами, и ещё секунд десять мы с котами «переваривали» полученную информацию. Наконец, Гроза Крыс молвил:

— Да, вовремя мы подсуетились! А то пришлось бы завтра снова отбиваться.

— Окраина леса… есть координаты… — принялся бормотать Рекс, вбивая данные в шлем своего экзокота, — О, нашёл место! Мы там даже были, кажись, когда ещё Злючку с Рыкалой гоняли. Стоит туда наведаться, и как можно скорее.

— Определённо. Ежели Бульбадог сразу собирался вести собак «на дело», то он наверняка назначил место сбора у тайного хода. А если нет, то «покукуем» на точке до полудня, а там главарь явится, и мы за ним последуем.

— Тогда поскорее выносим с базы всё, что для мирной жизни псам аж никак не нужно, догофон кладём на место, чтобы Пёс-картошка ничего не заподозрил, задержанных — под суд…

— Необязательно усложнять наши планы, — заявил тут я.

— В смысле?

— А глядите! — и я обратился к собакам. — Слышали, псы? Лаз мы всё равно найдём, просто не хотим зазря мотаться. Зато если вы скажете, где вход и выход из него, вас не посадят в тюрьму, а отправят восвояси. Что скажете?

Псы переглянулись, несколько секунд всматривались в меня, видимо, желая понять, действительно ли можно так легко отделаться от наказания, а потом всё же решились.

— Ладно, котяра, уговорил. Вход на опушке лесопосадки, чуть левее единственной нормальной тропы через неё. Ну, там ещё три сосны, а под ними сплетение кустов. А выход — он, это… короче, от мэрии вашего города пилить на северо-запад почти до его окраины, потом, как в поле видимости едва будет таможня, свернуть э-э… на восток, и так метров сто пятьдесят под горку. Там увидишь канализационный люк — он один в этом месте, ну и это типа выход.

— Ну, хорошо, побудете недолго здесь, а как всё проверим, можете идти на все четыре стороны, только подальше от конуры. Но смотрите мне: если наврали…

— Чтоб я котом стал, если неправда!

Оставив основную часть спецотряда сторожить пленных и выносить с захваченного объекта оружие и снаряжение, я, Рекс и ещё два экзокотчика отправились искать лаз. Решая, с какой стороны зайти сперва, мы выбрали ту, что именовалась входом: топать до неё было ближе. Собаки не набрехали: слегка побродив, мы нашли меж кустов люк, как раз недалече от места, где Бульбадог собирался встретиться с подкреплением.

Отодвинув тяжёлую крышку, мы обнаружили скобы, уходящие по стенам люкового колодца типичной конструкции глубоко под землю. Осторожно спустившись по ним, мы оказались в катакомбах почти сухой канализации. С освещением тут было дурно (и действительно, откуда бы взялось освещение в канализации?), так что, чтобы осмотреться, пришлось снова включать налобные фонарики. Перед нами предстал бетонный свод, кверху идущий полукругом, а снизу прямоугольный. Сложно даже представить то количество воды, для которого он предназначался, но теперь здесь был лишь едва текущий ручеёк на самом дне. О запахе лучше было не думать — отвратительный смрад известно чего просачивался даже сквозь респиратор. От главного канала ответвлялось несколько других, поуже, а также две или три трубы, из которых ничего не текло — только капало.

— Та-ак, и куда тут идти? — задумался Рекс. — Относительное направление, допустим, ясно, а вот как бы не заблукать?

— А идём-ка по основному, самому широкому каналу. Вряд ли бы Бульбадог водил своих псов ползком.

— Правильно, двинули.

Шествие по катакомбам затянулось довольно долго. Пришлось даже столкнуться с местными обитателями — крысами, не особо дружелюбными, но достаточно пугливыми. В целом, конечно, это место, особенно в роли тайного хода, было не так уж дурно, но мы-то шли вчетвером и, фактически, были в скафандрах, а вот толпе невесть как снаряжённых псов здесь вряд ли бы было комфортно. В общем, побродив под землёй не меньше часа, мы наконец нашли другой люковый колодец, по таким же скобам выбрались наверх и поняли, что оказались уже в нашем городе.

К этому времени начало светать, вернее, рассвет, начавшись, вероятно, когда мы находились на полпути сюда, теперь был в самом разгаре. Следовало решить, что предпринять. Собачий ход оказался рабочим, и неплохо бы было его завалить… нет, не завалить — заблокировать, потому как заваливать канализацию — дурноватая идея. Наверное, было достаточно как-нибудь закрыть оба люка (или даже один), и следовало это сделать как можно скорее, пока проходом снова не воспользовались псины. Ещё лучше было пропустить собак внутрь, а затем запереть — с одной стороны физически, а с другой — кошачьим отрядом. Но закрадывалось сомнение: поведёт ли Бульбадог бойцов этим ходом теперь? Ведь с равным успехом он мог пойти отбивать свою конуру или отправиться на поиски альтернативного маршрута… Мои размышления были прерваны вышедшими на связь котами, остававшимися на вражеской базе.

— Мяунжик, приём! Что-то мы вас потеряли часа на пол. Как там, нашли ход?

— Нашли, всё, как полагается. Видно, под землёй сигнала не было. Вы как, приготовили к уносу всё «лишнее»?

— Да. Кстати, какие указания насчёт пленных?

— Отпускайте, они же правду сказали, ну так и своё слово сдержим.

— Добро. Слушай, мы тут вдобавок к добыче нашли ящик взрывчатки. Что с ним делать? Тоже забирать?

Нежданная находка могла прийтись очень кстати, позволяя упростить ближайшие планы. Я недолго помолчал, думая, как с толком применить взрывчатку, и решил:

— Нет… Есть вероятность (причём высокая), что Бульбадог попробует вернуть конуру. Сможете устроить ему сюрприз?

На другом конце линии тоже пробыло недолгое молчание, точно знаменовавшее обдумывание дела.

— Легко! Ящик полон банок с нитроглицерином, наверное, псы клепали тут кустарные шарик-бомбочки. У нас нет детонаторов или чего-то подобного, но если расставить баночки в такие места, откуда, как только псы начнут хозяйничать, они упадут, то…

— Хе-хе, действуйте!

Решение относительно захваченной базы пришло само собой, и о том, что собаки вернуться туда, и атаковать конуру придётся в третий раз, беспокоиться больше не приходилось. Что же касается лаза, то для его закрытия лучшим вариантом было заварить крышку люка, но сварочный аппарат надо было брать в КотНИИ. Часам к семи-восьми утра все участники спецоперации вернулись в институт и тут решили вздремнуть: всё-таки целую ночь никто не сомкнул глаз, а недосып вреден для здоровья, особенно кошачьего. Захваченное вооружение должно было значительно ослабить псин, да и мы могли вынести из него прок. Через пару часиков, возможно, Бульбадог с подельниками будет пленён под сводами канализационных катакомб, может, увидит разрушение своей базы под действием его же взрывчатки, а может, всё-таки бросится в атаку на нас. Но, как бы то ни было, всё это вскоре, но не сейчас, а теперь пора хорошенько поспать.

Оцените произведение «Спецоперация»
 
7
 
0
 
0
 
0
 
0
 
0
 

Опрос был создан 12:50 апреля 3, 2017, на текущий момент проголосовали 7 человек.
Лого 3

Нежданная встреча

К следующему рассказу